Mirsoglasnomne (mirsoglasnomne) wrote,
Mirsoglasnomne
mirsoglasnomne

Category:

Белка и Бурундук

Есть хорошие юмористические книги для взрослых. Вот эту, например, не перевели, хотя она очень классная и смешная. На примере животных автор демонстрирует нам нас самих, современных. Получается остро, иронично и метко. Эдакие современные басни, только для взрослых и смешнее. Перевел одну из них. Героев поменял местами, так как Белка в мужском роде (как в оригинале) будет сбивать и отвлекать.
Безымянный

Бурундук и Белка встречались уже две недели, когда выяснилось, что все темы для разговора оказались исчерпаны. Жёлуди, паразиты, неотвратимое наступление осени: эти моменты были обсуждены ими ещё в течение первого часа, причём с таким запалом, что у них даже щёчки раскраснелись. Дважды у них заходили долгие разговоры о собаках, в которых каждый выражал к ним абсолютную ненависть  и рассуждал, на что бы была похожа его жизнь, если б перед ним ставили миску с едой дважды в день. "Тут и говорить нечего - они насквозь гнилые", - сказала Белка, а Бурундук положил свою лапку поверх её, говоря: "Именно так. Наконец-то нашёлся кто-то, кто это отчётливо понимает".

Друзья предупреждали их, что их роман обречён, но именно это убеждало, что скептики не только не правы, но откровенно завидуют им. "Им вовек не видать того, что есть у нас" - произносил Бурундук, и они продолжали сидеть в тишине, надеясь, что новости об оползне или внезапной стрельбе - хоть о чём-нибудь - послужат поводом для разговора.

Однажды вечером они сидели в баре, владельцами которого были совы, когда после продолжительного молчания, Бурундук шлёпнул ладошкой по столу. "Знаешь, что мне нравится? Мне нравится джаз".


"Я даже не подозревала", - произнесла Белка. "Ого-го, джаз!" Она понятия не имела о том, что такое джаз, но боялась, что расспросы выставят её дурой. "Какой конкретно?" - она поинтересовалась, рассчитывая, что его ответ позволит несколько сузить поле поиска.
"Ну, все виды, вообще-то" - ответил он. "Особенно ранние вещи".
"Я тоже", - произнесла она, а когда он поинтересовался почему, она пояснила, что поздние вещи были слишком поздними на её вкус. "Перезрелые что ли. Понимаешь, о чём я"?
Тут, в третий раз за всё время, что она его знала, Бурундук протянул лапку через стол и взял в неё её.
. . . .
По возвращению домой Белка разбудила свою старшую сестру, с которой делила комнату. "Слушай", - прошептала она, - "Объясни мне тут одну вещь. Что такое джаз?"
"А чего ты у меня спрашиваешь?”- поинтересовалась сестра.
"Так ты тоже не в курсе?" - спросила Белка.
"Я не сказала, что не знаю", - сказала сестра. "Я спросила почему ты спрашиваешь. Это как-то связано с этим Бурундуком?"
"Возможно", - произнесла Белка.
"Ну, я тебе скажу" - произнесла сестра. "Завтра с утра пораньше, потому что всё это уже слишком далеко зашло". Она двинула кулаком свою подушку из мха, поправив её под головой. "Я тебе уже недели талдычу, что у вас ничего не выйдет, а теперь ты весь дом на уши поставила. Притащилась посреди ночи, разбудила меня, чтобы сообщать свои маленькие грязные секретики. Джаз что ни на есть! Дождись только, когда Мать об этом узнает."
Белка пролежала всю ночь не сомкнув глаз, представляя неприятности, грозившие обрушится на неё с утра. А что если джаз было бурундучьим сленгом для чего-то отвратительного, вроде анального секса? "О, мне тоже нравится", - вот так она ответила—да ещё с таким энтузиазмом! Но опять-таки, это ведь могло оказаться чем-то несильно ужасным, чем-то вроде коммунизма или гадания, вещами о которых говорят, но почти не занимаются. Её почти удалось успокоить себя, как новые объяснения полезли ей в голову, каждое хуже предыдущего. Джаз мог быть червивым трупом, затвердевшим налётом на заражённом глазу, другим словом для ритуального самоубийства. А она призналась в своей любви к этому!
Годами спустя, когда она смогла посмотреть на всё это со стороны, она осознала, что никогда по-настоящему не доверяла Бурундуку — как иначе объяснить все те ужасные варианты? Будь он другой белкой, пусть и хулиганом, она бы подумала, что джаз это что-то знакомое, вид корешков, или, скажем, стрижки. Конечно, сестра ничем не помогла. Никто из семьи. "Не то, чтобы я имела что-нибудь против бурундуков как таковых", - сказала мать. “Дело конкретно в этом, мне он не нравится". Когда её попросили уточнения, она упомянула его ногти, которые на её взгляд были немножко длинноваты. "Верный признак тщеславия", - предупредила она. "Да ещё и этот джаз в придачу".
Это-то всё и решило. После бессонной ночи мать заставила её разорвать отношения.
"Ну", - вздохнул Бурундук - "Похоже, вот и всё".
"Думаю, да" - ответила Белка
Спустя пару дней он направился вниз по реке, и она больше никогда не видела его и не получала от него весточки.
"Невелика потеря", - заявила сестра. "Ни одна девушка не обязана выслушивать подобное, особенно от таких типов".
"Аминь," - добавила мать.
Впоследствии Белка встретила другого, и после того, как она уже была удачно замужем, её мать предположила, что возможно джаз был видом медицины — чем-то вроде мануальной терапии — которая не была особо-то официальной одобряемой. Сестра возразила, что скорее всего он был джигой, и, отодвинувшись от стола, стала подкидывать свои толстенькие ножки в воздух. "Эй, ты" - окликнула её мать, - "это же канкан", - и присоединилась сама, выкинув пару коленец.
Это засело у Белки в голове, так как она никогда не подозревала, что её мать способна танцевать или делать вообще что-нибудь отдалённо близкое к веселью. Такое впечатление о ней возникнет и сохранится у её собственных детей: скучная, строгая, увязшая в прошлом. У неё были мальчики, все здоровенькие, лишь один непоседа. Он вечно оказывался в ненужное время в ненужном месте, но у него было доброе сердце, и Белка знала, что всё с ним в конце концов наладится. Её муж тоже так полагал, и умер, пребывая в этой уверенности.
Месяц или два после его кончины, она спросила этого сына, что такое джаз, и когда он ответил, что это был вид музыки, она инстинктивно поняла, что это было правдой. "Это плохая музыка"? - спросила она.
"Ну, только если её исполняют плохо", - ответил он. В противном случае она вполне себе приятна".
"Её придумали бурундуки"?
"Боже мой, нет, конечно. С чего ты это взяла"?
Белка провела лапкой по бело-коричневой мордочке. "Ни с чего", - ответила она. "Просто предположила".
После того, как её мордочка стала больше белой, чем коричневой, Белка позабыла о том, что им с Бурундуком не о чем было разговаривать. Она забыла и определение "джаза", и стала думать о нём в том же ключе, как и о тех прекрасных вещах, которые она так и не научилась ценить: вкус тёплого дождя; запах младенца; грохот вышедшей из берегов реки, несущейся мимо её дерева дальше к бесконечности.

Tags: books, exclusive, fun
Subscribe

Posts from This Journal “exclusive” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments